ООО "Металлснаб-Урал": травма работника

Описание: 

Номер дела: 2-762/2020 (2-9158/2019;) ~ М-7490/2019

Дата решения: 10.03.2020

Дата вступления в силу: 29.06.2020

Истец (заявитель): Иванов Юрий Геннадьевич, Иванова Ирина Валерьевна

Ответчик: ООО "Металлснаб-Урал"

Результат рассмотрения: Иск (заявление, жалоба) УДОВЛЕТВОРЕН ЧАСТИЧНО



Решение по гражданскому делу

Дело № 2-762/2020

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

10 марта 2020 года г. Челябинск

Центральный районный суд г. Челябинска в составе:

Председательствующего Губка Н.Б.

при секретаре Савине А.С.,

с участием прокурора Бондаренко Д.Ю., истца Ивановой И.В., представителя истца Ивановой И.В. – Бухаровой А.С., представителя ответчика Тупик А.Н. рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Иванова И, Ивановой И, действующей за себя, а также в интересах несовершеннолетних И к ООО «Металлснаб – Урал» о взыскании расходов на оплату услуг сиделки, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Иванов Ю.Г., Иванова И.В., действующая за себя, а также в интересах несовершеннолетних Иванова Т.Ю., Ивановой П.Ю., Ивановой В.Ю. обратились в суд с иском к ООО «Металлснаб – Урал» (с учетом уточнений) о взыскании расходов на оплату услуг сиделки в размере 184 600 рублей, компенсации морального вреда в пользу Иванова Ю.Г. в размере 2 000 000 рублей, в пользу Ивановой И.В. в размере 1 000 000 рублей, а также по 100 000 рублей в пользу каждого из несовершеннолетних детей Иванова Т.Ю., Ивановой П.Ю., Ивановой В.Ю.

В обосновании исковых требований указав на то, что ДД.ММ.ГГГГ Ивановым Ю.Г., работающим стропальщиком в ООО «Металлснаб-Урал», была получена производственная травма, повлекшая тяжелый вред здоровью, вина ответчика в произошедшем несчастном случае подтверждена актом о несчастном случае на производстве . В результате несчастного случая Иванову Ю.Г. была установлена первая группа инвалидности вследствие Трудового увечья, требуется длительное лечение, до ДД.ММ.ГГГГ года последний нуждался в постоянном постороннем уходе, не мог самостоятельно себя обслуживать, в связи с чем пришлось прибегнуть к услугам сиделки. Кроме того, Иванов Ю.Г. перенес несколько операций, находился в коме, испытывал сильные боли, вследствие тяжелой травмы, что является основаниям для взыскания компенсации морального вреда. Моральные и нравственные страдания испытывала и супруга Иванова Ю.Г. – Иванова И.В., поскольку супруг являлся единственным кормильцем в семье, семья не имеет иного дохода, собственного жилья, после перенесенной травмы нарушен уклад жизни всей семьи, за Ивановым Ю.Г. требуется постоянный уход, от болей, беспомощного состояния Иванов Ю.Г. требует ее постоянного присутствия рядом с собой, ей тяжело смотреть на страдания супруга. Более того несовершеннолетние дети Иванов Т.Ю., Иванова П.Ю., Иванова В.Ю. также испытывают нравственные страдания, поскольку отец не оказывает им должного внимания, они не могут общаться с ним, видят его постоянно в беспомощном состоянии, дома постоянно присутствует посторонний человек-сиделка.

Истец Иванова И.В., представитель истца Бухарова А.С. в судебном заседании на уточненных исковых требованиях настаивали в полном объеме, пояснив, что супруг являлся единственным кормильцем в семье с тремя детьми, после произошедшей травмы ей нужно было оказывать ему постоянный уход, содержать всю семью, одной заниматься воспитанием детей.

Представитель ответчика Тупик А.Н. в судебном заседании исковые требования не признал, полагал, что установленной актом о несчастном случае на производстве степени вины истца в размере 5% было достаточно для получения им травм, ответчиком истцу выплачены денежные средства в размере в общем размере 109 826 рублей в счет компенсации морального вреда, а также расходов на оплату услуг сиделки, кроме того, ответчиком был установлен пандус в подъезде, для обеспечения беспрепятственного передвижения истца, т.е. работодателем оказывалась всевозможная поддержка и помощь Иванову С.Г., его семье в связи с произошедшим несчастным случаем.

Помощник прокурора Бондаренко Д.Ю. полагал, что исковые требования истцов подлежат частичному удовлетворению, поскольку материалами дела установлен факт оказания услуг сиделки, в то время как ответчиком доказательств, достоверно подтверждающих, что выплаченные им денежные средства были предоставлены на оплату услуг сиделки не предоставлено, также установлен факт причинения моральных и нравственных страданий Иванову Б.Ю., его супруге и несовершеннолетним детям.

Третьи лица ГУ - Территориальный фонд обязательного медицинского страхования Челябинской области, ГУ – Московское региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации Филиал №39 в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом, предоставили письменные отзывы на исковое заявление.

Заслушав пояснения сторон, заключение прокурора, пояснения свидетелей, исследовав письменные материалы дела, суд находит исковые требования подлежащими частичному удовлетворению.

Материалами дела установлено, что с ДД.ММ.ГГГГ Иванов Ю.Г. работал в ООО «Металлснаб-Урал» стропальщиком.

ДД.ММ.ГГГГ на территории ООО «Металлснаб-Урал» произошел тяжелый несчастный случай, в результате которого Иванову Ю.Г. причинен тяжелый вред здоровью, выразившейся в <данные изъяты>.

Согласно акту о несчастном случае на производстве, ДД.ММ.ГГГГ, утвержденному ДД.ММ.ГГГГ, бригада стропальщиков, в состав которой входил Иванов Ю.Г., являясь работником ООО "Металлснаб-Урал", получила задание загрузить автомобиль металлом. После получения задания Иванов Ю.Г. для погрузки нужной пачки металла, забрался на соседнюю ячейку высотой 1,5 метра и попросил коллегу – Янынина И.П. принести ножницы для разрезания пачки. В этот момент Иванов Ю.Г. попытался произвести строповку металлопроката с помощью стропа инв. №3. Янынин И.П. повернулся спиной к Иванову Ю.Г. и сразу за спиной услышал щелчок. Янынин И.П. повернулся и увидел Иванова, лежащего на земле лицом вверх, Иванов Ю.Г. был в сознании и жаловался на боль в голове. Была вызвана бригада скорой медицинской помощи, доставившая истца в НУЗ «Дорожная клиническая больница на ст. Челябинск ОАО «РЖД», где ему был установлен диагноз «<данные изъяты>, что относится к категории тяжелой травмы по степени тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве. В ходе расследования установлено, что Иванов Ю.Г. прошел проверку знаний и самостоятельной работе по профессии стропальщик, прошел вводный, первичный и повторный инструктажи, был ознакомлен с требованиями охраны труда при производстве работ, прошел стажировку по охране труда, обучен по программе «Стропальщик», очередная проверка знаний по программе «Стропальщик» проводилась ДД.ММ.ГГГГ, прошел периодический медицинский осмотр, признан годным к выполнению трудовых обязанностей по профессии стропальщик, сведений о нарушениях режима труда и отдыха не установлено, с «Инструкцией по охране труда для стропальщиков №3» ознакомлен под роспись. В соответствии с актом испытания и осмотра ячейки, ячейка находится в технически исправном состоянии и пригодна для эксплуатации, допустимый вес хранящегося материала до 40 000 кг.

Работодателем, в соответствии с указанным актом не выполнена обязанность по проведению специальной оценки условий труда на рабочих местах в нарушение требований ст. 212, 213 ТК РФ, ФЗ «О специальной оценке условий труда» от 28 декабря 2013 г. №426-ФЗ, отсутствуют разработанные и утвержденные схемы строповки на сортовой (круглый) металлопрокат. В соответствии с протоколом осмотра места происшествия и прилагаемых к нему фотоматериалов видно, что строп разорван и имеет дырку от крюка, что может свидетельствовать об отсутствии надежного крепления крюкового механизма при подъеме и перемещении металлопроката.

Как установлено актом о несчастном случае на производстве падение Иванова Ю.Г. произошло вследствии разрыва стропа (от неправильной зацепки крюкового механизма) и неожиданного хлопка, от чего Иванов Ю.Г. оступился и упал с металлической ячейки, работы проводились в отсутствие ответственного за безопасное производство работ – Рыжова Е.О. (старшего кладовщика), который не обеспечил достаточный контроль за соблюдением требований охраны труда подчиненным персоналом при выполнении погрузочно-разгрузочных работ металлопроката, чем нарушены требования ст. 212 Трудового Кодекса РФ, п. 22 Правил по охране труда при погрузочно-разгрузочных работах, и размещении грузов, п. 2.14., 2.15, 2.16 должностной инструкции старшего кладовщика.

В соответствии с выписным эпикризом НУЗ «Дорожная клиническая больница на ст. Челябинск» в связи с полученной травмой в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ Иванов Ю.Г. находился на стационарном лечении, где ему ДД.ММ.ГГГГ выполнена первичная хирургическая обработка ран головы, <данные изъяты>; ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты>, выписан ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно выписному эпикризу ГБУЗ «Областная клиническая больница №3» (г. Челябинск) находился с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в стационаре, Иванову С.Ю. установлен заключительный клинический диагноз <данные изъяты>. Направлен на МСЭК с целью определения группы инвалидности.

Согласно выписке из медицинской карты Иванова Ю.Г. от ДД.ММ.ГГГГ у истца имелись жалобы на <данные изъяты>

Исходя из справки НУЗ «Дорожная клиническая больница на станции Челябинск ОАО «РЖД» Иванову Ю.Г. показана операция – пластика дефекта черепа акриловой пластиной, сроки выполнения операции ограничены – ДД.ММ.ГГГГ года ввиду опасности развития прогрессирующей <данные изъяты>.

ДД.ММ.ГГГГ между Ивановой И.В. и Салыховой С.З. заключен договор, по условиям которого Салыхова С.З. обязуется оказать услуги сиделки для Иванова Ю.Г. с ДД.ММ.ГГГГ год с почасовой оплатой труда в стоимостью 100 рублей в час.

В подтверждение факта оплаты по указанному договору истцом в материалы дела предоставлены расписки Салыховой С.З. от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ на общую сумму 184 600 рублей. Также факт выполнения работ и получения денежных средств подтвердила Салыхова С.З., допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля.

Решением КУ «ГБ МСЭ по Челябинской области» Минтруда России Бюро №16 – филиал ФКУ «ГБ МСЭ по Челябинской области» Иванову Ю.Г. ДД.ММ.ГГГГ установлена первая группа инвалидности вследствии Трудового увечья на срок до ДД.ММ.ГГГГ, степень утраты профессиональной трудоспособности 100%.

ДД.ММ.ГГГГ Иванов Ю.Г. обратился в ГУ Московское региональное отделение Фонда социального страхования РФ Филиала №39 с заявлением о назначении единовременной и ежемесячной страховых выплат, Приказом от ДД.ММ.ГГГГ истцу назначена единовременная страховая выплата в размере 100 512 рублей 29 копеек, Приказом от ДД.ММ.ГГГГ назначена ежемесячная страховая выплата в размере 17 116 рублей с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, Приказом от ДД.ММ.ГГГГ истцу выплачена недополученная страховая выплата в размере 78 402 рубля 96 копеек за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно представленной программе реабилитации пострадавших в результате несчастного случая на производстве и профессиональных заболеваний от ДД.ММ.ГГГГ истец нуждается в бытовом уходе с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

Также из материалов дела следует, что Иванов Ю.Г. и Иванова И.В. являются многодетной семьей, имея троих детей, Иванову П.Ю. ДД.ММ.ГГГГ г.р., Иванову В.Ю. ДД.ММ.ГГГГ г.р., Иванова Т.Ю. ДД.ММ.ГГГГ г.р. Исходя из справки Тракторозаводского управления социальной защиты населения Администрации г. Челябинска от ДД.ММ.ГГГГ , семья Ивановой И.В. является малообеспеченной.

В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняется труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 2 статьи 37), каждый имеет право на охрану здоровья (часть 2 статьи 41), каждому гарантируется право на судебную защиту (часть 1 статьи 46).

Из данных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что каждый имеет право на справедливое и соразмерное возмещение вреда, в том числе и морального, причиненного повреждением здоровья вследствие необеспечения работодателем безопасных условий труда, а также имеет право требовать такого возмещения в судебном порядке.

Согласно ч. 1 ст. 21 Трудового Кодекса Российской Федерации (далее - ТК РФ) работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами; обязательное социальное страхование в случаях, предусмотренных федеральными законами.

Работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы Трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (ч. 2 ст. 22 ТК РФ).

Согласно ст. 212 ТК РФ обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя. Работодатель обязан обеспечить: безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов; создание и функционирование системы управления охраной труда; обучение безопасным методам и приемам выполнения работ и оказанию первой помощи пострадавшим на производстве, проведение инструктажа по охране труда, стажировки на рабочем месте и проверки знания требований охраны труда; недопущение к работе лиц, не прошедших в установленном порядке обучение и инструктаж по охране труда, стажировку и проверку знаний требований охраны труда; принятие мер по предотвращению аварийных ситуаций, сохранению жизни и здоровья работников при возникновении таких ситуаций, в том числе по оказанию пострадавшим первой помощи.

Федеральный закон от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" (далее - Федеральный закон от 24.07.1998 г. N 125-ФЗ) устанавливает в Российской Федерации правовые, экономические и организационные основы обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний и определяет порядок возмещения вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных настоящим Федеральным законом случаях.

Согласно ст. 3 вышеназванного Федерального закона несчастный случай на производстве - событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных настоящим Федеральным законом случаях как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем, и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.

В силу ст. 230 ТК РФ по каждому несчастному случаю, квалифицированному по результатам расследования как несчастный случай на производстве и повлекшему за собой необходимость перевода пострадавшего в соответствии с медицинским заключением, выданным в порядке, установленном федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, на другую работу, потерю им трудоспособности на срок не менее одного дня либо смерть пострадавшего, оформляется акт о несчастном случае на производстве по установленной форме в двух экземплярах, обладающих равной юридической силой, на русском языке либо на русском языке и государственном языке республики, входящей в состав Российской Федерации.

В акте о несчастном случае на производстве должны быть подробно изложены обстоятельства и причины несчастного случая, а также указаны лица, допустившие нарушения требований охраны труда. В случае установления факта грубой неосторожности застрахованного, содействовавшей возникновению вреда или увеличению вреда, причиненного его здоровью, в акте указывается степень вины застрахованного в процентах, установленная по результатам расследования несчастного случая на производстве. После завершения расследования акт о несчастном случае на производстве подписывается всеми лицами, проводившими расследование, утверждается работодателем (его представителем) и заверяется печатью (при наличии печати).

В соответствии со ст. ст. 151, 1099 - 1101 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии с абз. 2 п. 3 ст. 8 Федерального закона от 24 июля 1998г. N 125-ФЗ возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Порядок и условия возмещения морального вреда работнику определены ст. 237 ТК РФ, согласно которой моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон Трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового Кодекса Российской Федерации", в соответствии со статьей 237 Кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

При рассмотрении требований о компенсации причиненного гражданину морального вреда необходимо учитывать, что размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (пункт 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда").

Как разъяснено в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", с учетом того, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации). При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Таким образом, разумность компенсации морального вреда является оценочной категорией, в каждом конкретном случае суд вправе определить такие пределы с учетом конкретных обстоятельств дела.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает, что истец Иванов Ю.Г. в результате полученной травмы испытывал и продолжает испытывать сильные физические боли, с момента несчастного случая длительный период времени находился в коме, перенес две операции, ему требуется пластика дефекта черепа акриловой пластиной, до настоящего времени Иванов Ю.Г. нуждается в постоянном бытовом уходе, ограничены его способности к передвижению. У Иванова Ю.Г. на иждивении находятся трое несовершеннолетних детей, воспитанием и содержанием которых он не может заниматься ввиду стопроцентной утраты трудоспособности, установлена инвалидность, в то время как до несчастного случая был здоровым, трудоспособным человеком, и приходит к выводу о необходимости взыскании компенсации морального вреда в размере 350 000 рублей.

Доводы ответчика о том, что установленной актом о несчастном случае на производстве степени вины истца в размере 5% достаточно для получения им травм подлежат отклонению по следующим обстоятельствам.

Действительно стороной истца суду представлен акт о несчастном случае на производстве, согласно которому в действиях пострадавшего Иванова Ю.Г. установлен факт грубой неосторожности в размере 5%. Вместе с тем, в акте о несчастном случае на производстве, за тем же номером и той же датой, подписанным и утвержденным директором ООО «Металлснаб-Урал», представленной ГУ Московское региональное отделение Фонда социального страхования РФ Филиал №39, работодателем, факт грубой неосторожности потерпевшего не установлен. Таким образом, при наличии двух актов с идентичным номером от одной даты, одинаковым содержанием за исключением наличия вины работника, суд считает сведения, содержащиеся в акте №1, представленном стороной истца при обращении в суд недостоверными, противоречащими акту, представленному работодателем в ФСС, и таким образом вину работника в полученной травме не установленной. ООО «Металлснаб-Урал» доказательств в подтверждение исполнения им обязанности по обеспечению безопасности условий труда, не представлено.

Разрешается требования истца Ивановой И.В., Иванова В.Ю., Иванова Т.Ю., Ивановой П.Ю. о взыскании компенсации морального вреда суд исходит из следующего.

Нет оснований сомневаться, что такое благо, как семейные связи, относится к категории неотчуждаемых и непередаваемых иным способом неимущественных благ, принадлежащих каждому человеку от рождения или в силу закона (ст. 151 ГК). Необходимость защиты семейных связей следует и из ст. 38 Конституции РФ, объявляющей семью находящейся под защитой государства. Тяжкое увечье человека нарушает целостность семьи и семейные связи. Одновременно с причинением вреда семейным связям человека нарушается еще ряд его личных неимущественных прав, состав которых зависит от специфики семейных связей члена семьи с лицом, который получил вред здоровью.

Семейный кодекс РФ к членам семьи относит в том числе супругов; детей, родителей.

По смыслу ст. ст. 150, 151 ГК в состав семьи для целей компенсации морального вреда должны входить лица, наличие страданий у которых в связи с нарушением семейных связей в случае причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего, то есть предоставляет право на компенсацию морального вреда лицам, психическая связь которых с потерпевшим должна предполагаться наиболее тесной, и вместе с тем позволяет избежать необоснованного расширения круга таких лиц.

С учетом того, что в связи с полученной Ивановым Ю.Г. травмой, его семья (супруга, дети) были лишены единственного кормильца, Иванова И.В. вынуждена заниматься воспитанием и содержанием детей без помощи супруга, также занимается уходом за больным супругом, дети лишены возможности полноценного общения с отцом, лишены воспитания с его стороны, заботы, возможности времяпрепровождения с отцом, суд считает возможным взыскать компенсацию морального вреда как в пользу супруги Ивановой И.В. в размере 100 000 рублей, так и в пользу детей Иванова Т.Ю., Ивановой П.Ю., Ивановой В.Ю. по 20 000 рублей в пользу каждого.

Разрешая требования истца о взыскании денежных средств по оплате услуг сиделки с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ года включительно, суд приходит к выводу частичном удовлетворении требований.

Согласно договору оказания услуг от ДД.ММ.ГГГГ между Ивановой И.В. и Салыховой С.З. заключен договор на оказание услуг сиделки в отношении Иванова Ю.Г. с ДД.ММ.ГГГГ, стоимостью 100 рублей час. Факт оплаты подтвержден как представленными суду расписками в получении денежных средств Салыховой С.З., актами выполненных работ, а также показаниями свидетеля Салтыховой С.З., данными в судебном заседании.

В материалы дела стороной истца представлены выписные эпикризы, подтверждающие как диагнозы Иванова Ю.Г., даты пребывания его в лечебных учреждениях, а также нуждаемость Иванова Ю.Г. в постороннем уходе. Поскольку запись о нуждаемости в постоянной помощи при выполнении всех повседневных задач и днем и ночью (одевании, раздевании, туалете, приеме пищи) имеется только в выписном эпикризе за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, то суд полагает возможным взыскать с ответчика стоимость услуг сиделки именно с ДД.ММ.ГГГГ в размере 126 200 рублей ( 14 400 за июль (12 смен по 12 часов)+ 53400 за ДД.ММ.ГГГГ (49 смен по 8 часов, 3 смены по 24 часа, 7 смен по 10 часов)+10 800 рублей за ДД.ММ.ГГГГ ( 18 смен по 6 часов) +15400 за ДД.ММ.ГГГГ ( 22 смены по 7 часов) + 14700 рублей за ДД.ММ.ГГГГ (21 смена по 7 часов) + 17 500 рублей за ДД.ММ.ГГГГ 2020 года (25 смен по 7 часов).

При этом Приказом от ДД.ММ.ГГГГ ФСС РФ –ГУ Московское региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации Иванову Ю.Г. согласно года от ДД.ММ.ГГГГ установлена плата расходов на посторонний бытовой уход с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ, назначена ежемесячная выплата с ДД.ММ.ГГГГ в размере 225 рублей.

На основании Приказа от ДД.ММ.ГГГГ ФСС РФ –ГУ Московское региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации И Ю.Г. произведена оплата дополнительных расходов на посторонний бытовой уход в сумме 1030 рублей в ДД.ММ.ГГГГ года за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

Таким образом, с ответчика в пользу Ивановой И.В., понесшей расходы на оплату постороннего бытового ухода (сиделки) для Иванова Ю.Г. подлежат взысканию денежные средства в размере 124 850 рублей (126 200 -1255).

Доводы ответчика о том, что истцу оказывалась материальная помощь на сумму 109 826 рублей, в которую также входила компенсация морального вреда, оплата услуг сиделки, что ими установлен пандус в подъезде не являются основанием для снижения размера ни компенсации морального вреда, ни оплату услуг сиделки, поскольку доказательств, что указанная сумма и или часть была выплачена истцу именно в качестве компенсации морального вреда, либо оплату услуг сиделки, ответчиком не представлено.

Ответчик указывает на то, что выплата денежных средств произведена на основании заявления Ивановой И.В.

Анализируя заявление Ивановой И.В. о предоставлении материальной помощи на приобретение лекарственных средств, медикаментов, расписку Ивановой И.В. от ДД.ММ.ГГГГ о получении в качестве материальной помощи денежных средств в размере 69 518 рублей в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, платежные поручения от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 20 414 рублей и ДД.ММ.ГГГГ на сумму 19 894 рубля суд приходит к выводу о том, что денежные средства в сумме 109 826 рублей выплачены для приобретения медикаментов и лекарственных средств, и не могли быть выплачены в счет оплату услуг сиделки.

Факт установления пандуса в подъезде не может служить основанием для снижения размера компенсации морального вреда учетом приведенных выше норм права.

В соответствии с требованиями 103 ГПК РФ государственная пошлина в размере 3 997 рублей (3697+300), от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика в доход местного бюджета.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования Иванова И, Ивановой И, действующей за себя, а также в интересах несовершеннолетних И, И, И к ООО «Металлснаб – Урал» о взыскании расходов на оплату услуг сиделки, компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с ООО «Металлснаб-Урал» в пользу Иванова И компенсацию морального вреда в размере 350 000 рублей.

Взыскать с ООО «Металлснаб-Урал» в пользу Ивановой И понесенные расходы на оплату услуг сиделки в размере 124 850 рублей, компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей.

Взыскать с ООО «Металлснаб-Урал» в пользу И, И, И по 20 000 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований Иванова И, Ивановой И, действующей за себя, а также в интересах несовершеннолетних И, И, И к ООО «Металлснаб – Урал» о взыскании расходов на оплату услуг сиделки, компенсации морального вреда удовлетворить частично отказать.

Взыскать с ООО «Металлснаб-Урал» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 3 997 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Челябинский областной суд в течение месяца со дня его вынесения в окончательной форме через Центральный районный суд г. Челябинска.

Председательствующий Н.Б. Губка

Мотивированное решение изготовлено 18 марта 2020 года.

Добавить комментарий

Хотите получать в Telegram уведомления о комментариях к этому посту? Перейдите по ссылке и нажмите "Старт"

Проголосуйте за отзыв:


Добавить комментарий

Filtered HTML

  • Адреса страниц и электронной почты автоматически преобразуются в ссылки.
  • Допустимые HTML-теги: <a> <em> <strong> <cite> <blockquote> <code> <ul> <ol> <li> <dl> <dt> <dd>
  • Строки и абзацы переносятся автоматически.

Plain text

  • HTML-теги не обрабатываются и показываются как обычный текст
  • Адреса страниц и электронной почты автоматически преобразуются в ссылки.
  • Строки и абзацы переносятся автоматически.
CAPTCHA
Этот вопрос задается для того, чтобы выяснить, являетесь ли Вы человеком или представляете из себя автоматическую спам-рассылку.